July 5th, 2007

BRUDERKUNST

Сочи - 2014


Мне - 54

Миша Дмитриевич Врубель - 33

Саша Дмитриевич Врубель - 31

Наташа Дмитриевна Врубель - 29

Тёма Дмитриевич Врубель - 16

 

BRUDERKUNST

КоммерсантЪ всёжтаки умницо)))))))))

Вчера фотослужбой издательского дома "Коммерсант", была предоставлена в редакцию и опубликована фотография, не принадлежащая нашим корреспондентам, не купленная нами в установленном порядке, не определенная как public domain. Почему это произошло - в силу технической ошибки, или ночной усталости сотрудников не имеет значения. 
Я приношу извинения, свои личные и от всего коллектива ИД "Коммерсанта", за сложившуюся ситуацию.
Извинения не снимают самой проблемы. Первое - фотография уже убрана. Второе - мы готовы рассмотреть финансовые и другие пожелания господина Усачева по компенсации ему связанных с этой ситуацией неудобств и прочая. На мой взгляд решение этого вопроса стоит вынести из ЖЖ в оффлайн. Третье - виновные наказаны.
Еще раз прошу прощения.

Демьян Кудрявцев

http://damian.livejournal.com/386511.html
BRUDERKUNST

КАК Я "ЗАВЯЗАЛ". части 11-21(заключительная).

www.livejournal.com/  пишет как будто был мною во время моих запоев:
 
-11-
Я немного перескочил в своем повествовании. Последние описываемые события, эти утраты происходили уже лет 8 спустя тех пир-во-время-чумных гуляний. А тогда – еще все были живы, были веселы… Впрочем, в тот период могла произойти еще одна – и весьма существенная (для меня, в первую очередь) – утрата: однажды утром я проснулся от того, что мое сердце не то, что сбивалось с ритма – его вообще не было, ритма, сердечко вяло трепыхалось в каком-то непонятном режиме и было явно не прочь совсем прекратить эти бессмысленные сокращения. Предшествующие тому события отнюдь не составляют ни тайны, ни загадки. Весь день мы с моим бывшим одноклассником и верным собутыльником Вадимом Борисовичем (еще со школы была у нас такая привычка, слегка дурачась, величать друзей по имени-отчеству, трудно сказать, было ли в этом желание показать солиднее, или, наоборот, некая ирония-протест против нашего взросления – сейчас уж не разобраться) пили, блуждая по городу. Хотел написать: «бесцельно блуждая», но это было бы неверно, цель у нас имелась – пить. Такая вот простая и ясная цель, под зеленым (отнюдь не исламским) знаменем которой прошел тогда не один год… Итак, пили мы весь тот злополучный день, разные напитки, в разных заведениях, а под вечер, вернее, ночь – и вовсе на травке с краю парка, романтично расположившись таким образом, чтобы нас, вольно раскинувшихся, видно не было в сгустившихся сумерках, мы же, в свою очередь – вполне ясно наблюдали бы «частную жизнь горожан», прогуливающихся под фонарями по тротуару. Такой вот изыск. Долго ли, коротко сидели мы так с Вадиком, но досиделись до того, что впервые в жизни я услышал от друга, одноклассника и собутыльника: «Все, я больше не хочу, пойду спать». Справедливости ради надо отметить, что этой фразы я от Борисыча больше ни разу не слышал – видимо в этот вечер мы и впрямь приняли излишнего. Вадим пошел домой, а я стал искать продолжения банкета. И нашел. С двумя бутылками вина под мышкой я завалился в больницу, где дежурила моя знакомая медсестра – будущая, кстати, супруга. Да-да, та самая. Домой вернулся под утро, завалился спать, но через пару часов проснулся от описанных выше симптомов надвигающейся кончины. Только приход Ленки, сдавшей дежурство, спас меня – она, профессионально оценив мое состояние, помчалась вызывать с ближайшего телефона-автомата скорую помощь. Врачи приехали, чего-то вкололи. Отлегло.
Но «колбасило» меня потом еще дня три. В отличии от банального похмелья, я пребывал в странном состоянии – ощущения какой-то нереальности происходящего. Как ту не вспомнишь: «О эфемерность, о иллюзорность бытия!» Он знал, конечно…
Read more... )